Михаил Булгаков. Адам и Ева -
61 >
Эренбурга, "Аэлита" и "Гиперболоид инженера Гарина" А. Толстого. Одним из
вероятных источников пьесы был фантастический роман Джека Лондона "Алая
чума" (1915), в котором рассказывается о гибели четырехмиллионного
Сан-Франциско, а затем всей цивилизации. В 1931 году появилась
пьеса-катастрофа A. Толстого и П. Сухотина "Это будет", в которой четвертое
и пятое действия посвящены мировой гражданской войне и победе Всемирного
советского правительства. Явная конъюнктурность, с которой разрешались в ней
сложнейшие проблемы времени, нашла отражение в булгаковской пьесе.
Схеме романа и пьесы-катастрофы Булгаков следует лишь внешне. Он
разрушает эту схему с помощью другого клише - пьес о классовой борьбе в
СССР. Между моментом катастрофы и победой Всемирного правительства
описываются отнюдь не события мировой гражданской войны, а столкновение
внутри одного лагеря - и это, в сущности, сводит на нет победный финал.
Современная писателю конъюнктурная драматургия была материалом для создания
ситуаций и характеров "Адама и Евы". В пьесе действуют привычные персонажи
тех лет: молодой инженер-партиец, бдительный военный, аполитичный
специалист, пьяница-люмпен. "Адам и Ева" - это, в сущности памфлет на
современную драму. В текст булгаковской "оборонной" пьесы прямо вошли
названия текущего репертуара московских и провинциальных театров: "Жакт 88",
"Дымная межа" А. Караваевой, "Волчья тропа" А. Афиногенова, "Золото и мозг"
А. Глебова.
Полемично само название пьесы и смена ролей, происходящая в ней.
"Довольно жить законом, данным Адамом и Евой..." - написал в 1918 году В.
Маяковский в "Левом марше". "Покажите нового человека!" - требовала критика
20-х годов. Появление "новых Адамов" было неизбежно в литературе тех лет.
Первым этот библейский сюжет использовал в послереволюционной литературе Е.