Михаил Булгаков. Кабала святош (Мольер) -
25 >
протяжно: "Король спит!" Другой голос, в отдалении:
"Король спит!" Третий голос в подземелье, таинственно:
"Король спит!"
Справедливый сапожник.
Усну и я. (Ложится на карточный стол, закутывается в портьеру с гербами
так, что торчат только его чудовищные башмаки.)
Дворец расплывается в темноте и исчезает... и возникает
квартира Мольера. День. Клавесин открыт. Муаррон, пышно
разодетый, очень красивый человек лет двадцати двух,
играет нежно. Арманда в кресле слушает, не спуская с
него глаз. Муаррон кончил играть.
Муаррон.
Что вы, маменька, скажете по поводу моей игры?
Арманда.
Господин Муаррон, я просила уже вас не называть меня маменькой.
Муаррон.
Во-первых, сударыня, я не Муаррон, а господин де Муаррон. Вон как!
Хе-хе. Хо-хо.
Арманда.
Уж не в клавесине ли сидя, вы получили титул?
Муаррон.
Забудем клавесин. Он покрылся пылью забвения. Это было давно. Ныне же я
знаменитый актер, коему рукоплещет Париж. Хе-хе. Хо-хо.
Арманда.
И я вам советую не забывать, что этим вы обязаны моему мужу. Он вытащил
вас за грязное ухо из клавесина.
Муаррон.
Не за ухо, а за не менее грязные ноги. Отец - пристойная личность, нет
слов, но ревнив, как сатана, и характера ужасного.
Арманда.
Могу поздравить моего мужа. Изумительного наглеца он усыновил.
Муаррон.
Нагловат я, верно, это правильно... Такой характер у меня... Но актер!
Нет равного актера в Париже. (Излишне веселится, как человек, накликающий на
