Михаил Булгаков. Заметки и миниатюры -
75 >
Мурашко. "Ревизор" Ленина настоял на расстреле бандита Пиранова вопреки
решению Лациса и Кo, находивших, что элементы вроде Пиранова
особенной
опасности для общества не представляют.
Такого рода линия поведения московского "ревизора", проявленная им в
целом ряде дел, была признана нежелательной и даже опасной, и он был
временно "изъят из обращения" в целях усыпления излишней пытливости...
Интересный случай из закулисной жизни чрезвычайки, случай, вполне
подходящий для "романа загадочных приключений", рассказал нам проф. С.,
просидевший долгое время в ВУЧК.
Однажды к ним в камеру под усиленным конвоем доставили группу
арестованных, состоявшую из молоденькой сестры милосердия, врача в военной
форме и помощника коменданта всеукраинской чрезвычайки Никифорова, слывшего
за одного из наиболее жестоких застрельщиков в ВУЧК.
Из расспросов доктора и сестры милосердия выяснилась такая картина. Во
всеукраинской чрезвычайке содержалась в заточении польская графиня М.,
которая была приговорена "коллегией" ВУЧК к расстрелу. Приведение приговора
в исполнение было поручено Никифорову. И вот на сей раз, вопреки своей
обычной меткости и точности, палач Никифоров только подстрелил свою жертву,
слегка ранив ее. После этого М. в глубоком обморочном состоянии была свалена
на "покойницкую тележку" вместе с трупами убитых. Но это не было ошибкой или
случайностью. По дороге за город телега остановилась у одной из больниц на
Печерске. М. была снята, ей была сделана перевязка, и она бесследно и
счастливо скрылась при помощи поджидавших ее друзей...
Одновременно с бегством графини М. из кабинета Лациса пропало также
большинство документов по ее делу. Сам Никифоров по этому поводу говорил
заключенным, что он к документам никакого отношения иметь не мог, так как
ключей от своего кабинета Лацис никому не доверял...