Михаил Булгаков. Заметки и миниатюры -
72 >
немедленно по ее обнаружении приговор был вторично приведен в исполнение, на
этот раз уже над настоящим Дорстманом.
Впрочем, мы будем несправедливы, если скажем, что человеческие головы
совершенно уж ни во что не ценились чрезвычайкой. Когда красноармейский
отряд при ЧК отказался приводить в исполнение слишком участившиеся смертные
приговоры своего начальства, была составлена специальная группа
расстреливателей, куда входили, по преимуществу, китайцы и латыши, в том
числе четыре женщины: "пресловутая" Роза Шварц, некая Егорова и две латышки,
фамилии которых пока еще не выяснены. Кровавым "спецам" было положено по 100
рублей за каждую голову, и бывали среди них такие, которым иной раз
случалось за ночь "выработать" от 1000 до 1500 рублей. Некоторые заключенные
передавали о китайце Ниянь Чу, который таким "трудом" скопил себе довольно
круглый капиталец. Достойна внимания совершенно новая для нашего времени, но
известная история средних веков, чисто инквизиционная, процессуальная форма
расследования, широко практиковавшаяся следователями из ЧК. Обвинение
предъявлялось не только за то или иное реально совершенное деяние, не только
за покушение или обнаруженный умысел, но также за совершенно несодеянное
преступление, которое, по некоторым предположениям, лишь "могло быть
совершено" данным лицом.
Вот, например, момент из допроса местного профессора-историка С***,
который содержался свыше месяца в ВУЧК по подозрению в сношениях со штабом
ген. Деникина:
- Вам ген. Деникин известен лично, вы знакомы с ним или нет? -
спрашивает следователь.
- С именем ген. Деникина я, как всякий интеллигент, знаком по газетам,
лично же я не имею чести быть знакомым с ним.
- Да, но ведь ваше звание и положение этого не исключают, хотя
фактические данные как будто и не дают достаточных подтверждений.