Библиотека одного автора

31 >

кроет!
     Возле ходи бушевало, потом стихло, потом ходе сразу дали махорки, хлеба
и мутного чаю в жестяной кружке. Ходя во мгновение ока с остервенением  съел
три ломтя, хрустящих на зубах, выпил чай и  жадно  закурил  вертушку.  Затем
ходя предстал перед неким человеком в зеленой гимнастерке. Человек,  сидящий
под лампой с разбитым  колпаком  возле  пишущей  машины,  на  ходю  взглянул
благосклонно, голове, просунувшейся в дверь, сказал:
     - Товарищи, ничего любопытного. Обыкновенный китаец...
     И немедленно, после того, как  голова  исчезла,  вынул  из  ящика  лист
бумаги, взял в руку перо и спросил:
     - Имя? Отчество и фамилия?
     Ходя ответил улыбкой, но от каких бы то ни было слов держался.
     На лице у некоего человека появилась растерянность.
     - К-хэм... ты что, товарищ, не понимаешь? По-русски? А? Как звать? - Он
пальцем ткнул легонько по направлению ходи. - Имя? Из Китая?
     - Китаи-са... - пропел ходя.
     - Ну, ну! Китаец, это я понимаю. А вот звать как тебя, камрад? А?
     Ходя замкнулся в лучезарной и сытой улыбке. Хлеб с чаем переваривался в
желудке, давая ощущение приятной истомы.
     - Ак-казия, - пробормотал некий, озлобленно почесав левую бровь.
     Потом он подумал, поглядел на  ходю,  лист  спрятал  в  ящик  и  сказал
облегченно:
     - Военком приедет сейчас. Ужо тогда.

V
     ВИРТУОЗ! ВИРТУОЗ!

     Прошло месяца два. И когда небо из серого  превратилось  в  голубое,  с
кремовыми пузатыми облаками, все уже знали, что как Франц Лист  был  рожден,
чтобы играть на рояле свои чудовищные рапсодии,  ходя  Сен-Зин-По  явился  в
мир, чтобы стрелять из пулемета. Первоначально поползли неясные слухи, затем
они вздулись в легенды, окружившие голову  Сен-Зин-По.  Началось  с  коровы,
перерезанной пополам. Кончилось тем, что в полках говорили, как ходя  головы
отрезает на  2  тысячи  шагов.  Головы  не  головы,  но  действительно  было

Следующая

31 >