Михаил Булгаков. Заметки и миниатюры -
11 >
горло, и вот он - Василиса - лежит в гробу мертвый. И Василиса, слабо охнув,
два раза ударил палкой в таз. Тотчас же грохнули в соседнем дворе, затем
через двор, а через минуту вся Андреевская улица завывала медными
угрожающими голосами, а в номере 17-м немедленно начали стрелять. Василиса,
растопырив ноги, закоченел с палкой в руках.
Месяц сиял...
Загремела дверь, и выскочил, натаскивая пальто в рукава, Колька, за ним
Юрий Леонидович.
- Что случилось?
Василиса вместо ответа ткнул пальцем, указывая за сарай. Колька с Юрием
Леонидовичем осторожно заглянули в калитку сада. Пусто и молчаливо было в
нем, и Авдотьин кот давно уже удрал, ошалевший от дьявольского грохота.
- Вы первый ударили?
Василиса судорожно вздохнул, лизнул губы и ответил:
- Нет, кажется, не я...
Колька, отвернувшись, возвел глаза к небу и прошептал:
- О, что это за человек!
Затем он выбежал в калитку и пропадал с четверть часа. Сперва перестали
греметь рядом, затем в номере 17-м, потом в номере 19-м, и только долго,
долго кто-то еще стрелял в конце улицы, но перестал в конце концов и он. И
опять наступило тревожное безмолвие.
Колька, вернувшись, прекратил пытку Василисы, властной рукой секретаря
домкома вызвал Драбинского с женой (10 - 12 час.) и юркнул обратно в дом.
Вбежав на цыпочках в зал, Колька перевел дух и крикнул суфлерским шепотом:
- Ура! Радуйся, Варвара... Ура! Гонят Петлюру! Красные идут.
- Да что ты?
- Слушайте... Я сейчас выбежал на улицу, видел обоз. Уходят хвосты,
говорю вам, уходят.
- Ты не врешь?
- Чудачка! Какая ж мне корысть? Варвара Афанасьевна вскочила с кресла и
заговорила торопливо:
- Неужели Михаил вернется?
- Да, конечно. Я уверен, что их выдавили уже из Слободки. Ты слушай:
как только их погонят, куда они пойдут? На город, ясно, через мост. Через
город когда будут проходить, тут Михаил и уйдет!