Михаил Булгаков. Мастер и Маргарита (переписанные главы) -
4 >
- Я к вашим услугам, - сказал Стравинский.
- Вот что, - заговорил Иван, потирая лоб, - вчера вечером на Патриарших
Прудах я встретился с неким таинственным гражданином, который заранее знал о
смерти Миши Берлиоза и лично видел Понтия Пилата.
- Пилат... Пилат... это тот, который жил при Христе? - прищурившись на
Ивана, спросил Стравинский.
- Тот самый, - подтвердил Иван.
- А кто это Миша Берлиоз? - спросил Стравинский.
- Берлиоза не знаете? - неодобрительно сказал Иван.
Стравинский улыбнулся виновато и сказал:
- Фамилию композитора Берлиоза я слышал...
Это сообщение сбило Ивана с толку, потому что он про композитора
Берлиоза не слыхал...
Опять он потер лоб.
- Композитор Берлиоз, - заговорил Иван, - однофамилец Миши Берлиоза.
Миша Берлиоз - известнейший редактор и секретарь Миолита, - сурово оказал
Иван.
- Ага, - сказал Стравинский. - Итак, вы говорите, он умер, этот Миша?
- Вчера он попал под трамвай, - веско ответил Иван, - причем этот самый
загадочный субъект...
- Знакомый Понтия Пилата? - спросил Стравинский, очевидно, отличавшийся
большою понятливостью.
- Именно он, - подтвердил Иван, глядя мрачными глазами на Стравинского,
- сказал заранее, что Аннушка разлила постное масло, а он и поскользнулся на
Аннушкином масле ровно через час. Как вам это понравится? - многозначительно
сказал Иван и прищурился на Стравинского.
Он ожидал большого эффекта, но такого эффекта не последовало, и
Стравинский, при полном молчании ординаторов, задал следующий вопрос:
- Виноват, а кто эта Аннушка?
Иван расстроился, и лицо его передернуло.
- Аннушка здесь не важна, - сказал он, нервничая, - черт ее знает, кто
она такая! Просто дура какая-то с Садовой улицы! А важно то, что он заранее
знал о постном масле. Вы меня понимаете?
- Отлично понимаю, - серьезно сказал Стравинский и коснулся Иванушкина