Михаил Булгаков. Мастер и Маргарита (переписанные главы) -
35 >
пологий подъем на нее, находился спешенный эскадрон.
Сирийцы пропускали всех граждан, которые желали видеть казнь троих, но
смотрели, чтобы ершалаимские жители не скоплялись бы в большие толпы и не
проходили бы с какой-нибудь поклажей, не учиняли бы каких-либо демонстраций.
А за вторую цепь уже не пропускали никого. Бдительность спешенных сирийцев,
повязанных чалмами из мокрых полотенец, во вторую половину дня была, в
сущности, излишней. Если в первые часы у подножия холма еще были кучки
зевак, глядевших, как на горе поднимали кресты с тремя пригвожденными и
устанавливали громадный щит с надписью на ... языке "Разбойники", то
теперь,
когда солнце уходило за Ершалаим, караулить было некого. Меж сирийской цепью
и цепью спешенных легионеров находились только какой-то мальчишка,
оставивший своего осла на дороге близ холма, неизвестная старуха с пустым
мешком, которая, как она бестолково пыталась объяснить сирийцам, желала
получить какие-то и чьи-то вещи, и двух собак - одной лохматой желтой,
другой - гладкой запаршивевшей.
Но в стороне от гладкого спуска, под корявой и чахлой смоковницей
поместился один зритель, который явился к самому началу казни и вот уже
пятый час, прикрывшись грязной тряпкой от солнца, сидел под совершенно не
отбрасывающей тень смоковницей.
Явившись к началу казни, зритель повел себя странно. Когда процессия
поднялась на холм и цепь замкнулась за ней, он сделал наивную попытку, не
слушая окриков, подняться следом за легионерами, за что получил страшный
удар тупым концом копья в грудь и слетел с ног.
Оглядев ударившего его воспаленными глазами, человек поднялся, собрался
с силами и, держась за грудь, тронулся в сторону, пытаясь проникнуть в
другом месте, но тут же вернулся, сообразив, что если сделает еще одну
попытку, будет арестован, а быть задержанным в этот день в его план не