Библиотека одного автора

24 >

березы с их светом и тенью, и дым костров - все это вокруг преобразилось для
него и показалось чем-то страшным и угрожающим. Мороз пробежал по его спине.

          Пьер за сценой: "Que diable!" {Черт возьми!} (ударился).

     Андрей. Кто там?

                           Пьер входит с фонарем.

А, вот как! Какими судьбами? Вот не ждал.
     Пьер. Я приехал... так... знаете... мне  интересно...  я  хотел  видеть
сражение...
     Андрей. Да, да, а братья-масоны что говорят о войне? Как  предотвратить
ее? Ну, что Москва? Что мои? Приехали ли наконец в Москву?
     Пьер. Приехали.

                                   Пауза.

Так вы думаете, что завтрашнее сражение будет выиграно?
     Андрей. Да, да... Одно, что бы я сделал, ежели бы  имел  власть,  я  не
брал бы пленных! Это рыцарство. Французы разорили мой дом  и  идут  разорить
Москву. Они враги мои.  Они  преступники  все  по  моим  понятиям.  Надо  их
казнить!
     Пьер. Да, да, я совершенно согласен с вами.
     Андрей. Сойдутся завтра, перебьют десятки тысяч людей,  а  потом  будут
служить благодарственные молебны. Как Бог оттуда смотрит и слушает  их!  Ах,
душа моя, последнее время мне стало тяжело жить. Я вижу, что  стал  понимать
слишком много. А не годится человеку вкушать от древа познания добра и  зла.
Ну да ненадолго. Однако поезжай в Горки, перед сражением нужно выспаться,  и
мне пора. Прощай, ступай. Увидимся ли, нет... (Целует Пьера, и тот выходит.)
     Чтец.  Он  закрыл  глаза.  Наташа  с  оживленным  взволнованным   лицом
рассказывала ему, как она в прошлое лето, ходя  за  грибами,  заблудилась  в
большом лесу. Она несвязно описывала ему и глушь леса,  и  свои  чувства,  и
разговоры с пчельником...
     Андрей. Я понимал ее. Эту искренность, эту открытость душевную и  любил
в ней... А ему - Курагину - ничего этого не нужно было! Он ничего  этого  не
видел! Он  видел  свеженькую  девочку.  И  до  сих  пор  он  жив  и  весел?!

Следующая

24 >