Михаил Булгаков. Александр Пушкин -
63 >
Богомазов. Помилуйте, Сергей Васильевич, это петербургские басни!
Салтыков. Какие же басни? Меня самого чуть-чуть не отодрали. Император
Александр хотел мою лошадь купить за тридцать пять тысяч рублей, а я, чтобы
не продавать, из пистолета ее застрелил. К уху приложил пистолет и
выстрелил. (Бенедиктову.) Ваши стихотворения у меня есть в библиотеке. Шкаф
зет, полка тринадцатая, номер сто тридцатый. Сочинили что-нибудь новое?
Кукольник. Как же, Сергей Васильевич! (Бенедиктову.) Прочитай
"Звездочку". Преображенцы, вы любите поэзию, просите его!
Преображенцы улыбаются.
Салтыкова. Прочитайте. Право, это так приятно после этих мрачных
рассказов, как кого-то отодрали.
Бенедиктов (сконфужен. Встает). Право, я...
Салтыков. Филат, перестань громыхать блюдом.
Бенедиктов (декламирует).
Путеводною звездою
Над пучиной бытия
Ты сияешь предо мною,
Дева светлая моя!
Салтыкова. Как хорошо!
Бенедиктов.
Перед чернию земною
Для чего твой блеск открыт?
Я поставлю пред тобою
Вдохновенья верный щит.
Да язвительные люди
Не дохнут чумой страстей
На кристалл прозрачный груди,
На эмаль твоих очей!
Преображенцы, перемигнувшись, выпивают.
Нет, сияешь ты беспечно
И не клонишься ко мне.
О, сияй, сияй же вечно
В недоступной вышине!
Будь звездою неземною,
Непорочностью светись
И, катясь передо мною