Библиотека одного автора

22 >

     Дубельт. Так. Благодарю вас, Петр Петрович.
     Богомолов. Кроме того, ваше превосходительство, третьего дня я  был  на
завтраке у Салтыкова.
     Дубельт. Что новенького говорит старый [врун]?
     Богомолов.  Шумное  собрание  было!  Грехи!  Про  государя   императора
рассказывает так: "видел le Grand bourgeois..."
     Дубельт. Вы, Петр Петрович, это  на  отдельной  записочке  относительно
завтрака у Салтыкова.
     Богомолов.  Слушаю,  ваше  превосходительство.  А  кроме   того,   Петя
Долгоруков.
     Дубельт. Bancal?
     Богомолов. Он самый. Ведь что несет, лоботряс. Вторую  ногу  переломить
ему. Списочек показывал с пушкинского стихотворения.
     Дубельт. Брюлловская картина?
     Богомолов. Точно так. (Подает бумагу.)
     Дубельт. Давно не читал стишков, благодарю  вас.  [Петр  Петрович,  мне
одному надо остаться, у меня тут...]
     Богомолов.  [Слушаю-с,  слушаю-с,  ваше  превосходительство!]  Не  смею
беспокоить. (Идет.)
     Дубельт (вслед). Петр Петрович, деньжонок не надобно ли? Прошлый  месяц
не брали.
     Богомолов. Покорнейше благодарю, Леонтий Васильевич.  Рубликов  двести,
двести пятьдесят?
     Дубельт. А я вам триста, э! Для ровного  счета,  а?  Вы  скажите  Павлу
Максимовичу, что я распорядился.
     Богомолов. Имею честь, ваше превосходительство! (Уходит.)

По  уходе  Богомолова  Дубельт читает копию стихотворения, потом откладывает
ее.  Потом  берется  за копию письма к Геккерену, внимательно, жадно читает,
думает,  напевает  сквозь  зубы:  "Буря мглою небо кроет...", свистит. Потом
прислушивается, подходит к окну, становится настороженным, поправляет мундир
                        и эполеты, садится за стол.
Дверь   в   кабинет   распахивается.   Первым  появляется  жандарм,  который
останавливается  у  двери  и  вытягивается.  Затем  в  дверь  быстро  входит
Бенкендорф,    делает    знак    глазами   Дубельту,   оттесняет   жандарма,

Следующая

22 >