Библиотека одного автора

59 >

пальцем на прокурора, громко говорит:
     - Умер...

Эп. 59.

     Вечер. Двор гостиницы. Фонарь.  У  крыльца  снаряженная  бричка,  около
брички Петрушка и Селифан укладывают последние вещи.

Эп. 60.

     Номер.  Пусто.  На  полу  валяются  обрывки  бумаг,  на   табуретке   в
подсвечнике догорает свеча... Чичиков  в  шинели  и  картузе  стоит  посреди
номера  и  тревожно  прислушивается,  затем  осторожно  подходит   к   окну,
выглядывает, берет под мышку шкатулку и, крадучись, идет к  дверям...  вдруг
останавливается.
     В дверях стоит дама в черной мантилий и вуали, в руках у нее саквояж.
     - Нет, я должна была к тебе прийти! -  трагически  восклицает  дама  и,
рванувшись к ошеломленному Чичикову, обнимает его. - Что свет? Толпа  людей,
которые не чувствуют! - целуя его, страстно шепчет дама. - Что жизнь? Долина
горестей...
     - Но позвольте!  -  с  трудом  вырвавшись  из  объятий,  перебивает  ее
Чичиков. - Кто вы? Что вам угодно?
     - Я та, что вам писала... - откинув вуаль, говорит дама.
     Чичиков отпрянул. Перед ним стояла Анна Григорьевна.
     - ...и та, которую  вы  отвергли  на  балу...  -  грустно  улыбнувшись,
добавляет она.
     - Простите, но я... - чуть смущенно, но вместе с  тем  сухо  произносит
Чичиков. - Мне, видите ли, надо  немедля  ехать...  бежать...  -  вырывается
вдруг у него.
     - Да, да, бежать! Бежать! - подхватывает Анна Григорьевна. - В пустыню!
В горы! На край света! - вдохновенно продолжает она, снова обнимая Чичикова.
- О, как я мечтала навсегда покинуть этот город!..
     - Оставьте  меня!..  -  грубо  отстраняя  ее,  кричит  Чичиков.  И  для
осторожности несколько отступает.
     - Это у вас от безделья, сударыня... - зло говорит он.  -  Шили  бы  вы
рубахи... вязали чулки, да рожали...
     - Ах, вот как?! - гневно перебивает его Анна Григорьевна. И, закрывшись

Следующая

59 >