Михаил Булгаков. Мертвые души (Киносценарий) -
46 >
распространяться об этой личности......Вечер. Номер Чичикова. Горят свечи. Доносятся звуки трактирной машины, играющей что-то веселое. Чичиков перед зеркалом в самом довольном расположении духа, тщательно одевается, вырабатывая попутно на своем лице разные выражения: то степенное, то важное, то почтительное, то почтительное с некоторой улыбкой, то совсем без улыбки... На всем этом голос автора: "...Покупки Чичикова сделались в городе предметом самых различных разговоров. Пронеслись слухи, что он не более не менее, как миллионщик!.. Слово это, как известно, магически действует и на подлецов, и на людей хороших. Но особенно сильно оно действует на дам... Многие дамы города прониклись к Чичикову необычайной симпатией и стали говорить в гостиных, что он, конечно, не первый красавец, но именно таков каким следует быть мужчине..." На последних словах автора в комнату, прервав туалет барина, вошел Петрушка. Глупо улыбаясь, он подал ему какое-то письмо и, странно захихикав, тут же вышел. Распечатав письмо, Чичиков с недоумением прочел вслух: Две горлицы покажут Тебе мой хладный прах. Воркуя томно, расскажут, Что я умерла в слезах... - Кудряво написано... - с интересом рассматривая письмо, произнес он. Любопытно бы, однако, узнать, кто такая писавшая... Задумался было Чичиков, но и комнате опять появился Петрушка. - Там... жандарм... - заикаясь, проговорил он. - Какой жандарм? - испуганно вскричал Чичиков. - Такой... с усами... И в номер, брякая шпорами, действительно вошел усатый жандарм в полном вооружении, как будто в лице целое войско. - Пакет от его высокопревосходительства вашему благородию! - взяв под козырек, отрапортовал жандарм.
