Михаил Булгаков. Мертвые души (Киносценарий) -
44 >
сердито захлопнув окно, крикнул:
- Петрушка!.. Одеваться!
На крик в дверях показался Петрушка с сапогами, бельем и фраком...
Во фраке брусничного цвета с искрой, со связкой бумаг в руках Чичиков
появился в одной из общих комнат Гражданской Палаты, где за столами скрипели
перьями пожилые и юные жрецы Фемиды. Подойдя к столу какого-то старика,
Чичиков с поклоном спросил:
- Позвольте узнать, здесь дела по крепостям?
Старик медленно, как Вий, приподнял веки и произнес с расстановкой...
- Здесь нет дел по крепостям...
- А где же?
- У Ивана Антоновича...
- А где же Иван Антонович?
Старик ткнул пальцем в другой угол комнаты. И Чичиков, пройдя мимо
столов, подошел к Ивану Антоновичу.
- Позвольте узнать, - вежливо, с поклоном спросил он, - здесь
крепостной стол?
Иван Антонович как будто ничего не слышал, углубился совершенно в
бумаги. Возраст он имел далеко за сорок, волос густой, черный; вся середина
лица его выступала вперед и пошла в нос, словом, это было то лицо, которое
называют кувшинным рылом. - Позвольте узнать, - невозмутимо повторил свой
вопрос Чичиков. - Здесь крепостная экспедиция?
- Здесь... - промычал Иван Антонович и, повернув обратно свое рыло,
углубился в бумаги.
- У меня вот какое дело... - учтиво начал объяснять Чичиков. - Купил я
у здешних помещиков крестьян на вывод... купчая имеется, необходимо бы
свершить...
- А продавцы налицо? - перебило его кувшинное рыло.
- Некоторые здесь, а от других доверенность...
- А просьбу принесли?
- Принес и просьбу. Мне бы хотелось... закончить все дело сегодня...
- Сегодня нельзя.
- Видите ли... - улыбнувшись, продолжал Чичиков. - Ваш председатель
Иван Григорьевич мне большой друг, так что...
- Да ведь Иван Григорьевич не один, есть и другие... - перебило его
