Михаил Булгаков. Мертвые души (Киносценарий) -
43 >
одетые в одинаково серые, покойницкие, холщовые рубахи и штаны. Отряхнувшись
от земли, мужики кланяются в пояс стоящему на возвышении своему новому
барину, приятельски здороваются друг с другом, некоторые закуривают...
- Елисавет Воробей! - заканчивая перекличку, выкликает Петрушка. Из
последней, самой тощей могилы вылезает полнотелая баба... Среди
мужиков-покойников смех, восклицания:
- Фу ты пропасть! Баба! - поражается Чичиков. - Откуда она? - грозно
спрашивает Петрушку.
- Написано: Елисавет Воробей, - оправдывается Петрушка, показывая
список.
- Подлец Собакевич! Вычеркнуть! - приказывает Чичиков.
Петрушка вычеркивает... И баба, всхлипнув, под хохот мужиков
проваливается обратно.
- Смирно! - кричит Петрушка, наводя порядок. Покойники присмирели,
вытянулись...
- Здорово, братцы. - весело здоровается с ними Чичиков.
- Здравия желаем, ваше...ди...тель...ство!.. - дружно, по-солдатски
отвечают они.
- В Херсонскую губернию!.. Шагом!.. Марш! - командует Чичиков.
И вот мужики-покойники, с могильными крестами на плечах, с разухабистой
солдатской песней "Во кузнице" строем шагают за погребальной колесницей,
запряженной чичиковской тройкой. В траурном цилиндре на козлах важно сидит
Селифан, а под балдахином, со шкатулкой в руках, блаженно улыбающийся
Чичиков...
С таким же выражением лица мы видим его спящим... Утро. На постели лучи
солнца. Разухабистая песня мужиков-покойников почему-то все еще
продолжается... Вдруг Чичиков проснулся... сел на кровати и, ничего со сна
не соображая, стал испуганно прислушиваться к доносившейся песне. Затем он
вскочил с кровати и подбежал к окну...
Внизу по улице, мимо гостиницы, идут с песней "Во кузнице" солдаты...
- Фу, какая чушь приснилась... - недовольно поморщился Чичиков в,
