Михаил Булгаков. Мертвые души (Киносценарий) -
34 >
- И мне рюмочку, - вежливо попросил белокурый спутник.
Вдруг Ноздрев заметил сидящего у стола Чичикова.
- Ба! Ба! Ба! - вскричал он и, расставив широко руки, двинулся к нему.
- Какими судьбами? Куда ездил? - бесцеремонно обнимая Чичикова, спросил
он и, не дожидаясь ответа, продолжал:
- А я, брат, с ярмарки? Поздравь! Продулся в прах! Вон на обывательских
приехал. Такая дрянь, что насилу дотащился! А это зять мой, Мижуев, -
обернувшись, показал Ноздрев на белокурого... Чичиков вежливо поклонился, на
что Мижуев ответил тем же.
- Мы с ним все утро говорили о тебе, - не останавливаясь, продолжал
между тем Ноздрев. - Смотри, говорю, если мы не встретим Чичикова... Эх,
брат, если бы ты знал, как я продулся. Ведь на мне нет ни часов, ни цепочки,
все спустил...
Взглянув, Чичиков точно увидел, что на нем не было ни цепочки, ни
часов.
- Но зато как покутили! Ох и кутили! - воскликнул Ноздрев. - Веришь ли,
что я один в продолжении обеда семнадцать бутылок клико-шампанского выпил.
- Ну, семнадцать ты не выпил, - заметил ему Мижуев.
- А я говорю, что выпил!
- Ты что хочешь можешь говорить, но ты и десяти не выпьешь.
- Хочешь об заклад, что выпью!
- К чему же об заклад?
- Ну, поставь свое новое ружье.
- Не хочу.
- Да ты поставь, попробуй!
- И пробовать не хочу...
- Да был бы ты без ружья, как без шапки... - захохотал Ноздрев.
В этот момент хозяйка поднесла на подносике две рюмки анисовой. Выпив
их залпом одну за другой, Ноздрев крякнул и спросил Чичикова:
- Ты куда ездил?
- Да тут, к человеку одному.
- Едем ко мне.
- Не могу, дела в городе.
- Врешь! Пари держу, врешь! Едем! - настаивал Ноздрев. - Тут всего
верст пять, духом домчимся!
- Ну что ж, изволь... - немного подумав, согласился Чичиков. - Но, чур,
не задерживать, - добавил он.