Библиотека одного автора

3 >

денег  и  молча  положил  ее  перед  секретарем.  Незаметно  прикрыв   пачку
салфеткой, секретарь перестал смеяться и, устремив на  Чичикова  прищуренный
глаз, спросил:
     - А по ревизской сказке эти, ваши умершие, числятся?
     - Числятся-с...
     - Ну, так чего же вы, голубчик, оробели? - рассмеялся секретарь и, взяв
одним движением руки бумаги и деньги, неожиданно встал. - Один умер,  другой
родится,  а  все  в  дело  годится,  -  подмигнув,  весело  добавил   он   и
снисходительно похлопал Чичикова по плечу.
     - Жду вас завтра, - прощаясь с ним за руку, сказал секретарь и вышел.	.
     Оставшись  один,  Чичиков  растерянно  смотрит,  ему  вслед.  Лицо  его
постепенно меняется и, вдруг ударив себя по лбу, он  вскрикивает:  -  Ах,  я
Аким простота, Аким простота! Ведь ежели по ревизской сказке  числятся,  как
живые... Стало быть живые!
     Подойдя  к  столу  он  залпом  выпивает  налитый  бокал  и   застывает,
пораженный необычайной мыслью. - Да накупи я  всех  этих,  которые  вымерли,
положим, тысячу... Да, положим, заложи  их  в  опекунский  совет  по  двести
рублей на душу... -  считает,  шевеля  губами.  -  Двести  тысяч!  -  хрипло
выдавил, он. - Двести тысяч капиталу!  Боже  мой!  -  хватается  за  голову,
валится на диван, смеется... Внезапно  на  лице  его  страх.  -  Хлопотливо,
конечно... - опасливо оглядываясь, тихо произносит он. - Страшно...  Но  кто
же зевает теперь. Все  приобретают,  все  благоденствуют!  Почему  я  должен
пропасть червем? А что скажут потом мои дети? Вот, скажут, отец скотина,  не
оставил нам никакого состояния!.. Двести тысяч! Двести  тысяч!  -  дрожа  от
волнения, повторяет Чичиков. -  А  время  удобное,  недавно  была  эпидемия.
Народу вымерло, слава богу, немало...
     Крестится. Решительно поднимается. Берет со стола колокольчик и с силой
звонит.

Эп. 5.

     Звон  колокольчика  подхватили  валдайские  бубенцы,  и   по   весенней

Следующая

3 >