Библиотека одного автора

25 >

     - Но позвольте! - перебил его, наконец, изумленный Чичиков. - Ведь  это
весь народ мертвый!
     - Мертвый... - как бы одумавшись, произнес Собакевич. - Да,  мертвый...
- согласился он и тут же хмуро добавил: - А что толку с тех, что живут?  Что
это за люди? Мухи!
     Чичиков рассмеялся.
     - Но все же они существуют.
     - Существуют... Эх, сказал бы я! - махнул рукой Собакевич и,  кинув  на
конторку бумаги, направился  к  Чичикову.  -  Ну,  извольте,  ради  вас,  по
полсотни за душу...
     - Да ведь предмет-то, Михаил Семенович, - улыбнулся,  пожимая  плечами,
Чичиков, - просто: фу-фу. Кому он нужен...
     - Да вот вы же покупаете, - не без намека заметил  Собакевич,  -  стало
быть, нужен...
     Чичиков на мгновение растерялся и, закусив губу, хладнокровно ответил:
     - Я покупаю по наклонности собственных мыслей...
     -  Это  ваше  дело,  -  уловив  его  замешательство,  спокойно   сказал
Собакевич. - Мне не нужно знать, зачем вам эти души. Давайте по  тридцати  и
забирайте их, бог с вами.
     - Нет, я вижу, вы не хотите  продавать,  -  потеряв  терпение,  вскипел
Чичиков и стал надевать фрак. - Два рубля - последняя моя цена, и  прощайте!
- категорически заявил он и двинулся к дверям.
     - Позвольте! Позвольте! -  кинувшись  за  ним,  вскричал  Собакевич  и,
задержав его у дверей, жалобно закачал головой.
     - Эх, душа-то у вас... Ну, нечего с вами делать.  Извольте.  -  Пожимая
Чичикову руку, он опять наступил ему на ногу.  Изогнулся,  зашипел  Чичиков.
Смущенно разводит перед ним руками Собакевич...

Эп. 24.

     Под унылый звон церковного колокола...
     ...Безлюдная равнина с тяжелыми облаками... Бедное, без единого деревца
крестьянское кладбище... и длинный, ветхий деревянный мост на фоне деревни и
белеющей сельской церкви. По мосту плетутся  крестьянские  дроги  с  большим
длинным гробом.  За  гробом  молча  шагают  старенький  священник  в  темном

Следующая

25 >