Библиотека одного автора

20 >

к Филиппову посту и птичьи перья будут...
     - И перья купим, и сало, и пеньку, все купим! - закончив письмо, весело
проговорил Чичиков. - Вот, подпишитесь, матушка, - сказал, подавая  помещице
перо и подвигая бумагу...

Эп. 19.

     И опять под звон бубенцов катила бричка по дороге. В бричке с  открытым
верхом сидел и мурлыкал что-то про себя довольный Чичиков.
     Селифан на сей раз был суров, он только похлестывал лошадей кнутом,  не
обращая к ним никакой поучительной речи. Из угрюмых уст его лишь были слышны
одни однообразно-неприятные восклицания. - Ну, ну, ворона, зевай! - и больше
ничего...
     Неожиданно из-за поворота, навстречу тройке Селифана, вылетела  коляска
с шестериком коней. В коляске  губернаторская  дочь  и  старая  компаньонка.
Экипаж налетел на чичиковскую бричку.  Лошади  перепутались.  Губернаторская
дочка испуганно взвизгнула.
     -  Ах  ты,  мошенник,  ты  что,  пьян,  что  ли!  -  закричал  Селифану
губернаторский кучер.
     - А ты что расскакался! - приосанясь, ответил ему Селифан.
     - Да ведь я тебе кричал, ворона!
     Ругаясь, они начали осаживать назад лошадей, чтобы распутаться... Но не
тут-то  было.  Лошади  несколько  попятились,  но  потом   опять   сшиблись,
переступив постромки.
     Со страхом в лице смотрят на все  это  дамы.  Привстав  в  бричке,  как
завороженный, Чичиков смотрит  на  губернаторскую  дочку  (шестнадцатилетнюю
девушку с золотистыми волосами, ловко  и  мило  приглаженными  на  небольшой
головке).
     Губернаторский  кучер  и  Селифан   слезли   с   козел   и,   продолжая
переругиваться, начинают распутывать упряжь и коней.
     - Осаживай, осаживай своих, нижегородская ворона! - кричал чужой кучер.
     - А я что делаю, шаромыжник!.. - отвечал Селифан.
     Между тем  Чичиков,  сойдя  с  брички,  вежливо  поклонился  дамам,  те
благосклонно ответили  ему.  Осмелев,  он  двинулся  было  к  коляске,  явно

Следующая

20 >