Михаил Булгаков. Мертвые души (Киносценарий) -
13 >
супротивна гражданским законам и дальнейшим, видам России... - Здесь
Манилов, сделавши движение головой, очень значительно посмотрел на Чичикова,
показав в чертах своего лица и в сжатых губах такое глубокое выражение,
какое может быть только у слишком умного министра в минуту самого
головоломного дела.
- Нет, не будет, - твердо сказал Чичиков.
- Так вы полагаете?
- Я полагаю, что все будет хорошо.
- А если хорошо, то и я не против, - успокоившись, сказал Манилов.
- Тогда нам остается условиться только в цене...
- Как в цене? - опять испуганно воскликнул Манилов. - Неужели вы
полагаете, что я за умершие души стану брать деньги... Нет уж, если вам
пришло такое фантастическое желание, то я передаю их вам совершенно
безынтересно...
Этими словами он такое удовольствие доставил Чичикову, что тот чуть не
подпрыгнул от радости.
- Ах, мой друг? - сердечно воскликнул он, протягивая Манилову руку. -
Если бы вы знали, какую услугу сейчас вы оказали человеку без роду и
племени. Да и действительно, чего только я не потерпел! Каких гонений и
преследований не испытал, какого горя не вкусил, а за что? За то, что
соблюдал правду, что был чист на своей совести, что подавал руку и вдовице
беспомощной и сироте горемыке!..
При этих словах Чичиков отер платком набежавшие слезы. Манилов был
совершенно растроган. Оба приятеля долго жали друг другу руку и долго
смотрели молча в глаза, в которых видны были слезы...
И вот герой наш в весьма довольном расположении духа уже катил в своей
бричке по столбовой дороге. Предположения, сметы и соображения, блуждавшие
по его лицу, были, видно, приятны ему и вызывали довольную усмешку.
Кучер Селифан, изрядно подвыпивший у дворовых людей Манилова, делал в
это время замечания чубарому пристяжному коню, запряженному с правой