Михаил Булгаков. Мастер и Маргарита (Черновые редакции романа) -
95 >
дорвался до него с легионерами, Марка Крысобоя не было бы на свете. Это было
в бою при Идиставизо. Но не будем спорить о том, добрые ли люди германцы или
недобрые... Так ты называ...................................................
бродяга, стало быть, ты должен молчать!
Арестант моргнул испуганно глазом и замолчал.
Тут внезапно и быстро на балкон вошел молодой офицер из легиона с
таблицей и передал ее секретарю.
Секретарь бегло проглядел написанное и тотчас подал таблицу Пилату со
словами:
- Важное дополнение из Синедриона. Пилат, сморщившись, не беря в руки
таблицу, прочел написанное и изменился в лице.
- Кто этот из Кериота? - спросил он тихо.
Секретарь пожал плечами.
- Слушай, Га-Ноцри! - заговорил Пилат. - И думай, прежде чем ответить
мне: в своих речах ты упоминал имя великого кесаря? Отвечай правду!
- Правду говорить приятно, - ответил юноша.
- Мне неинтересно, - придушенным голосом отозвался Пилат, - приятно
тебе это или нет. Я тебя заставлю говорить правду. Но думай, что говоришь,
если не хочешь непоправимой беды.
- Я, - заговорил молодой человек, - познакомился на площади с одним
молодым человеком по имени Иуда, он из Кериота...
- Достойный человек? - спросил Пилат каким-то певучим голосом.
- Очень красивый и любознательный юноша, но мне кажется, - рассказывал
арестант, - что над ним нависает несчастье. Он стал меня расспрашивать о
кесаре и пожелал выслушать мои мысли относительно государственной власти...
Секретарь быстро писал в таблице.
- Я и высказал эти мысли.
- Какие же это были мысли, негодяй? - спросил Пилат.
- Я сказал, - ответил арестант, - что всякая власть является насилием
над людьми и что настанет время, когда никакой власти не будет. Человек
перейдет в царство истины, и власть ему будет не нужна.
Тут с Пилатом произошло что-то страшное. Виноват ли был в этом