Михаил Булгаков. Мастер и Маргарита (Черновые редакции романа) -
45 >
Ему не объяснили, в чем дело, а прямо проследовали к уборной.
- У вас мандаты, товарищи, есть? - тихо-претихо вымолвил Босой, идя
следом за пришедшими.
На это тот, что был в косоворотке, показал Босому маленькую книжечку и
белый ордерок. Тут Босой утих, но стал еще бледнее. Первый вошел в уборную,
оглядел ее, тотчас же взял из коридора табуретку, встал на нее и с наличника
над дверью под пыльным окошком снял белый пакетик. Пока этот пакетик
раскрывали, Босой придумал объяснение тремстам рублям - прислал брат из
Казани. Однако объяснение не понадобилось. Быстрые белые пальцы первого
вскрыли пакетик, и в нем обнаружились несколько денежных, по-видимому,
бумажек непривычного для человеческого взгляда вида. Они были зеленоватого
цвета, с портретами каких-то вдохновенных растрепанных стариков. Тут глаза
Босого вылезли из орбит, шея налилась темной кровью.
- Триста долларов, - деловым тоном сказал первый. - Ваш пакетик?
- Никак нет, - ответил Босой.
- А чей же?
- Не могу знать, - ответил Босой и вдруг возопил: - Подбросили враги!
- Бывает, - миролюбиво сказал второй в косоворотке и прибавил: - Ну,
гражданин Босой, подавай остальные.
Мы не знаем, что спасло Никанора Ивановича от удара. Но он был к нему
близок. Шатаясь, с мертвыми глазами, налитыми темной кровью, Никанор
Иванович Босой, член кружка "Безбожник", положил на себя крестное знамение и
прохрипел:
- Никогда валюты в руках не держал, товарищи, Богом клянусь!
И тут супруга Босого, что уж ей попритчилось, кто ее знает, вдруг
воскликнула:
- Покайся, Иваныч!
Чаша страдания ни в чем неповинного Босого (он, действительно, никогда
в руках не держал иностранной валюты) переполнилась, и он внезапно ударил
свою супругу кулаком по лицу, отчего та разроняла битки по полу и взревела.
- Ну, это ты брось, - холодно сказал тот, что был в косоворотке, и