Михаил Булгаков. Собачье сердце -
5 >
Какого же лешего, спрашивается, носило его в кооператив Центрохоза? Вот
он рядом... Чего ждет? У-у-у-у... Что он мог покупать в дрянном магазинишке,
разве ему мало охотного ряда? Что такое? Колбасу. Господин, если бы вы
видели, из чего эту колбасу делают, вы бы близко не подошли к магазину.
Отдайте ее мне.
Пес собрал остаток сил и в безумии пополз из подворотни на тротуар.
Вьюга захлопала из ружья над головой, взметнула громадные буквы полотняного
плаката "возможно ли омоложение?".
Натурально, возможно. Запах омолодил меня, поднял с брюха, жгучими
волнами стеснил двое суток пустующий желудок, запах, победивший больницу,
райский запах рубленой кобылы с чесноком и перцем. Чувствую, знаю - в правом
кармане шубы у него колбаса. Он надо мной. О, мой властитель! Глянь на меня.
Я умираю. Рабская наша душа, подлая доля!
Пес пополз, как змея, на брюхе, обливаясь слезами. Обратите внимание на
поварскую работу. Но ведь вы ни за что не дадите. Ох, знаю я очень хорошо
богатых людей! А в сущности - зачем она вам? Для чего вам гнилая лошадь?
Нигде, кроме такой отравы не получите, как в моссельпроме. А вы сегодня
завтракали, вы, величина мирового значения, благодаря мужским половым
железам. У-у-у-у... Что же это делается на белом свете? Видно, помирать-то
еще рано, а отчаяние - и подлинно грех. Руки ему лизать, больше ничего не
остается.
Загадочный господин наклонился к псу, сверкнул золотыми ободками глаз и
вытащил из правого кармана белый продолговатый сверток. Не снимая коричневых
перчаток, размотал бумагу, которой тотчас же овладела метель, и отломил
кусок колбасы, называемой "особая краковская". И псу этот кусок. О,
бескорыстная личность! У-у-у!
- Фить-фить, - посвистал господин и добавил строгим голосом: - бери!
Шарик, Шарик!
Опять Шарик. Окрестили. Да называйте как хотите. За такой