Михаил Булгаков. Мертвые души -
22 >
Мижуев. Нет, сооружай, брат, сам, а я не могу. Жена будет в большой
претензии, право: я должен ей рассказать о ярмарке...
Ноздрев. Ну ее, жену к... важное, в самом деле, дело станете делать
вместе.
Мижуев. Нет, брат, она такая добрая жена... Уж точно почтенная и
верная. Услуги оказывает такие... поверишь, у меня слезы на глазах.
Чичиков (тихо.) Пусть едет, что в нем проку.
Ноздрев. А и вправду. Смерть не люблю таких рхстепелей. Ну, черт с
тобой, поезжай бабиться с женой, фетюк.
Мижуев. Нет, брат, ты не ругай меня фетюком. Я ей жизнью обязан. Такая,
право, добрая, такие ласки оказывает. Спросит, что видел на ярмарке...
Ноздрев. Ну, поезжай, ври ей чепуху. Вот картуз твой.
Мижуев. Нет, брат, тебе совсем не следует о ней так отзываться.
Ноздрев. Ну, так и убирайся к ней скорее!
Мижуев. Да, брат, поеду. Извини, что не могу остаться.
Ноздрев. Поезжай, поезжай...
Мижуев. Душой бы рад был, но не могу...
Ноздрев. Да поезжай к чертям!
Мижуев удаляется.
Такая дрянь. Вон как потащился. Много от него жена услышит подробностей о
ярмарке. Конек пристяжной недурен, я давно хотел подцепить его.
(Вооружаясь колодой.) Ну, для препровождения времени, держу триста рублей
банку.
Чичиков. А, чтоб не позабыть: у меня к тебе просьба.
Ноздрев. Какая?
Чичиков. Дай прежде слово, что исполнишь.
Ноздрев. Изволь.
Чичиков. Честное слово?
Ноздрев. Честное слово.
Чичиков. Вот какая просьба: у тебя есть, чай, много умерших крестьян,
которые еще не вычеркнуты из ревизии?
Ноздрев. Ну, есть. А что?
Чичиков. Переведи их на меня, на мое имя.
Ноздрев. А на что тебе?
Чичиков. Ну, да мне нужно.
Ноздрев. Ну, уж, верно, что-нибудь затеял. Признайся, что?
Чичиков. Да что ж - затеял. Из этакого пустяка и затеять ничего нельзя.